Главный Киргиз

Время публикации: 23.06.2011 21:46 | Последнее обновление: 23.06.2011 21:56

К сонму небожителей его причислить, конечно, нельзя. Да он туда, впрочем, никогда особо и не стремился, хотя в наших с ним беседах иногда проскальзывали нотки: «Вот если бы…» Но, в отличие от многих других, у него это «если бы» имело более чем серьезные основания: в минуту озарения под тяжелую длань киргизского батыра Леонида Юртаева попадали многие гранды шахматного мира. Перечислять нет смысла – несть им числа. Мог, что называется, на одном дыхании выиграть и турнир, это, правда, случалось реже.

Поначалу он был просто Киргизом. Приставка Главный появится много позже – кажется, после одного из интервью в журнале «Шахматы в России». А пока...

Весенние дни в Алма-Ате... В местном дворце офицеров блицуют еще совсем молодые Евгений Владимиров и Леонид Юртаев. «Киргиз! – раздается радостный возглас Жени. – Наконец-то! Я вчера не зря столько времени теорией занимался! Опроверг твой королевский гамбит!»

Другая картинка из моего детства. Юный Лев Псахис, захлебываясь от восторга, показывает улыбающемуся Лене нескончаемый вариант, который он посчитал во время блиц-партии. Вокруг толпа слегка ошалевших от подобного шоу любителей...

В 1978-м он был включен в двухкруговой турнир восьми сильнейших юношей Советского Союза – отборочный к чемпионату мира. Ни о каких возрастных категориях (как привыкла рассматривать подобные мероприятия современная молодежь) речи быть не могло. Существовала одна возрастная категория – до 20 и только. Но и для того, чтобы попасть в отборочный этап (не говоря уж о победе в нем), требовались воистину титанические усилия! Стоит ли говорить, что играли самые-самые. За ОДНУ путевку сражались, например, Сергей Долматов (будущий победитель, а в том же году и чемпион мира среди юношей), Зураб Азмайпарашвили, Лев Псахис, Андрей Харитонов…

Интересно охарактеризовал 19-летнего Леню заслуженный тренер СССР Марк Израилевич Дворецкий: «Для Леонида Юртаева характерно не только хорошее знание дебюта, но и динамичная напористая игра. В его партиях фигуры живут полной жизнью. И в то же время Юртаев просто беспомощен в окончаниях, а в миттельшпиле порой проявляет небрежность, допускает просмотры…» Необычайно точная и прозорливая оценка! Все указанное отличало Леонида на протяжении всей его спортивной биографии. Как-то, ближе к концу 90-х, «не шутки ради, а смеха для» зачитал ему эти строки. К моему удивлению Киргиз не только не был задет (обижаться по пустякам вообще было не в его правилах), а совершенно серьезно заметил, что все сказанное – верно.

Долгое время он варился в специфической шахматной среде Среднеазиатского региона и отчасти Сибири. «Бульон» нельзя назвать лишенным витаминов, но он весьма постоянен в своих вкусовых качествах и ингредиентах, а питание, как давно известно, надо разнообразить. Игровой почерк Юртаева трудно спутать с чьим-либо другим, но вот некоторая однобокость имела место быть. Впрочем, это только мое личное мнение. Хотя, наверное, отнюдь неслучайно Александр Халифман, мягко намекая на аналогичные изъяны Эрнесто Инаркиева (в тот период Эрнесто как раз занимался с Леней), тонко подметил, что тому не помешало бы показать не только «киргизские» шахматы.

Широкая – в полном смысле этого слова – известность пришла к Лене в 1979-м, особенно после Спартакиады народов СССР, где Киргизу едва не удалось сотворить сенсацию, выиграв турнир «первых досок» с участием действующего чемпиона мира А. Карпова, экс-чемпионов Б. Спасского, Т. Петросяна, М. Таля и прочих «вельтмейстеров».  

«По Талю против Таля!» – под таким хлестким заголовком вышла в те дни одна из статей в «Комсомольской правде», и была она посвящена одной только партии Юртаев – Таль.

Позволю себе также процитировать небольшой отрывок из статьи мэтра российской шахматной журналистики Юрия Васильева, опубликованной в 30-м номере еженедельной газеты «64» за тот памятный спартакиадный год: « – Вот  послушай, что произошло сегодня. Мастера Юртаева не пускают в турнирный зал. Он забыл пропуск. «Я опаздываю на доигрывание!» – взмолился   мастер. «Но где ваш пропуск?» –  строго спрашивает милиционер. Мастер порылся в пиджаке и достал карманные шахматы. «Вот здесь моя позиция!» «А! – сказал милиционер. – Так вы мастер Юртаев! Трудное вам предстоит доигрывание… Проходите!» Гуфельд  изучающе смотрит на меня, но, заметив репортерский блокнот, смущенно добавляет: «Этого, правда, не было, но могло произойти…»

Вот именно – могло! Тогда и могло. Сам был очевидцем, когда в холле провинциальной гостиницы мужчина представительной наружности, всмотревшись в лица шахматистов, которые столпились возле регистрационной стойки, вдруг решительно подошел к ним и, вычленив из общей массы Леонида, протянул ему руку: «Товарищ Юртаев? Герой Спартакиады? Очень приятно!»

Спустя некоторое время я увидел его уже воочию сидящим за доской в характерной позе. Во время обдумывания собственного хода, в кульминационный момент Леня почесывал затылок с несколько озадаченным видом. Обычно после его ответа чесать затылок приходилось уже сидящему напротив. Это был финал командного первенства Вооруженных сил СССР, проходившего в Алма-Ате. Первое место на доске лидеров команд (Геллер, Дорфман, Тимощенко, Лпутян, Подгаец и другие) уверенно занял рядовой сверхсрочной службы Леонид Юртаев.

Расцвет шахмат в Киргизии неразрывно связан с именем выдающегося общественника Акылбека Муратбекова, сумевшего в условиях закрытого и во многом кастового общества найти подходы и ключи к нужным людям и кабинетам. Держался Аксакал несколько неприступно, чтобы не сказать более. Впрочем, основания для этого имелись. С его подачи началась беспримерная в Средней Азии серия международных турниров во Фрунзе (ныне Бишкек), где одним из главных действующих лиц и исполнителей частенько становился наш герой. Особенно хорош, как водится, был первый такой турнир. Какие имена! Белявский, Антошин, Васюков, Макарычев, Спилмэн, Разуваев, Савон! Время тотального обсчета было еще впереди, а тогда все (!!!) рейтинговые шахматисты мира легко умещались на 7-8 страничках «Информатора», так что в «переводе на сегодняшние деньги» это был еще не Вейк, но вполне приличный турнир, близкий к 15-16 категории. Возможно и выше. В этой компании Киргиз не затерялся, а следующую партию очень любил показывать на протяжении многих лет.

Юртаев-Белявский 1979, Фрунзе

[Event "Frunze"] [Site "Frunze"] [Date "1979.??.??"] [Round "?"] [White "Yurtaev, Leonid"] [Black "Beliavsky, Alexander G"] [Result "1-0"] [ECO "C41"] [BlackElo "2595"] [PlyCount "65"] [EventDate "1979.??.??"] [EventType "tourn"] [EventRounds "15"] [EventCountry "URS"] [EventCategory "9"] [Source "ChessBase"] [SourceDate "2001.11.25"] 1. e4 e5 2. Nf3 Nc6 3. Nc3 g6 4. d4 exd4 5. Nxd4 Bg7 6. Be3 d6 7. Qd2 Nf6 8. f3 O-O 9. O-O-O Nxd4 10. Bxd4 Be6 11. g4 c5 12. Be3 Qa5 13. Bh6 Bxa2 14. Bxg7 Kxg7 15. Nxa2 Qxa2 16. Qc3 d5 17. g5 d4 18. gxf6+ Kxf6 19. e5+ Kg7 20. Qa3 Qd5 21. Re1 Rac8 22. c4 Qe6 23. f4 Rc6 24. Bd3 Qh3 25. Be4 Qxa3 26. bxa3 Ra6 27. Kb2 Rb8 28. Bd3 Rc6 29. Ka2 f5 30. h4 h5 31. Rhg1 Kh6 32. Rg3 a6 33. Rb1 1-0 

На пик формы Леонид вышел во второй половине 80-х, хотя формально стал гроссмейстером намного позже. Пришли успехи в сильнейших союзных турнирах (например, победа в отборочном к первой лиге в Барнауле), личных чемпионатах Вооруженных сил, где играла без всяких преувеличений элита мировых шахмат: Иванчук, Дреев, Халифман, Выжманавин, Гольдин, Серпер… Закономерным итогом стало включение в сильнейшую на тот момент клубную команду мира – ЦСКА. Любовь и трепетный пиетет к своему коллективу сохранялись у  Лени всегда. Вернувшись со своей первой Олимпиады (Манила-92), он поделился со мной следующим наблюдением: «Ты знаешь? Пол-Олимпиады – это бывшая Вооруженка!» Действительно, на первой постсоветской Олимпиаде (как и на последующих) многие национальные команды имели в своих рядах бывших «армейцев».

Обладая, как и многие крупные шахматисты, своеобразным чувством юмора, за словом в карман обычно не лез, но уж если… «Как сыграл?» – задал я стандартный вопрос на одном из «Аэрофлотов». «Проиграл переодетому лилипуту», – пробурчал Киргиз. Голова 12-13–летнего Магнуса Карлсена во время их поединка действительно еле виднелась из-за стола.

Поражала готовность Киргиза заниматься и рассматривать шахматы в любое время дня и ночи. Если находился подходящий оппонент (Влад Ткачев, Муртаз Кажгалеев), анализ мог затянуться на долгие часы. Честолюбия был лишен начисто! Авторство различных вариантов, систем, не говоря об отдельных ходах, его не волновало. Конечно, он не без удовольствия воспринимал те немногие упоминания своего имени в литературе и периодике, когда речь шла о его изобретениях. Но в данном случае был подлинным философом, последователем Петросяна, сказавшим как-то: «Отношение к славе? Как к хорошей конфете: хорошо, когда она есть, но можно прожить и без нее…» Запросто мог проконсультировать бесплатно, и не кабы-абы. Речь само-собой идет о  четком и грамотном совете профессионала, как играть в проблемной позиции. Похоже, деньги, особенно в последний период его жизни, мало занимали Леню. Суммы, которые он брал за двух-трехчасовые занятия с молодыми шахматистами, могли вызвать только улыбку у тренеров в более или менее, но все же обеспеченной Алма-Ате.

В большинство компаний, и не только шахматных, Леня входил легко и органично, впоследствии это не раз окажет ему дурную услугу. Полагаю, что причиной была не только простота и легкость в общении, но и какая-то детская непосредственность, граничившая даже с известной наивностью. Все это вместе взятое было в состоянии обезоружить даже завзятого мизантропа. Ну и, конечно, искреннее соучастие, готовность прийти на помощь даже малознакомому человеку. Этим пользовались, кстати, многие, улучив момент, когда Киргиз был «при башлях». На моей, во всяком случае, памяти не было ни единого случая, когда долг возвращался. Занимали в приличных размерах и часто (зарабатывал маэстро по «совковым» меркам немало), а вот считать деньги Леня так и не научился до конца жизни.

Закалка, полученная в девятом московском спортинтернате, плюс отличные природные  физические данные вроде должны были стать гарантом если уж не долгой жизни, то хотя бы уверенного вступления в «ветеранский стаж». В летне-осенний сезон Леня месяцами пропадал на Иссык-Куле, а в Алма-Ате с превеликим удовольствием делал марш-броски по Заилийскому Алатау, демонстрируя при этом отменную форму. Увы, не произошло. Традиционная болезнь русской интеллигенции одержала свою очередную победу. Вспоминаю его после очередного загула, смотрящего в зеркало: «Ну и видок! Неужели это я?»

Старые друзья все же не забывали, по мере сил и возможностей выбивая приглашения в турниры и стартовые. Болат Асанов, став одним из организаторов интереснейшего гроссмейстерского «дерби», не забыл своего интернатского товарища. Соревнование в Таразе стало лебединой песней Леонида, но какой! Корчной, Владимиров, Садвакасов, Улыбин, Костенко и Юртаев играли в два круга, но уже после первого (4,5 из 5) триумфатор был известен. На закрытии Виктор Львович, не склонный к переоценке чужих достижений, заметил, что игра победителя была выше всех похвал.

Полученного приза, как с горькой иронией шутил Евгений Владимиров, должно было хватить Киргизу с его непритязательностью в еде и тяге к дешевым напиткам на пару лет. Так, пожалуй, и произошло. Дальше больше: приезжая  последние два-три года в Алма-Ату на традиционный рапид он выглядел все хуже и хуже, не в силах преодолеть губительной тяги к спиртному. Тряслись руки, резко испортилось зрение, в свои пятьдесят с небольшим он выглядел стариком. Зайдя как-то в шахматный клуб, поинтересовался: «Что это, у вас в Алма-Ате цена за проезд понизилась?» – «Нет, - последовал ответ, – просто с вас взяли как с пенсионера».

Последние дни его описывать не хочу, да и, наверное, нет смысла. Леонид Николаевич Юртаев во многом повторил путь шахматистов, чье становление и зрелость пришлись на годы расцвета и доминации советской шахматной школы. После распада империи он не только не нашел места в жизни, но ближе к финишу, похоже, просто не видел смысла в ее продолжении. Во всяком случае, это было заметно по его глазам, когда он уезжал в родной Бишкек. Обещал вернуться через пару дней… Теперь уже не свидимся, Ленечка. REMEMBER!


  


Смотрите также...