"До последних дней она была уверена, что впереди долгие годы"

Время публикации: 29.08.2011 00:54 | Последнее обновление: 29.08.2011 12:13

Елену Таирову вспоминают коллеги и друзья

28 августа исполнилось бы 20 лет одной из самых талантливых шахматисток России Елене Таировой.

Ей неоднократно доводилось менять место жительства. Из родной Белоруссии, где она сделала первые шаги в жизни и шахматах, выполнила звание кандидата в мастера, Елена с мамой переехали в Рязань, где были одержаны самые крупные победы. Последним приютом стала Москва.

С ранних лет Елена привыкла к победам. В 2001 году стала чемпионкой России до 10 лет, в 2004 – до 14, а в 2006, будучи намного моложе своих соперниц, победила в первенстве страны до 20 лет. Да и во взрослых шахматах все складывалось неплохо.

В Суперфиналах чемпионата России среди женщин ей не хватало всего чуть-чуть. Дважды, в 2006 и 2007 годах Елена брала «серебро», останавливаясь в полушаге от заветной медали (памятна её улыбка сквозь слезы по окончании турнира в 2007-м). Она входила в женскую сборную страны, в составе которой стала серебряным призером командного чемпионата мира-2007. В 14 уже женский гроссмейстер, в 15 международный мастер. Казалось, будущее голубоглазой красавицы светло и безоблачно.

В 2008-м Елена пропустила ряд важных турниров. Стали просачиваться слухи о болезни талантливой шахматистки, но мало кто подозревал самое страшное. Годом позже болезнь, казалось, отступила. Елена с блеском выиграла Высшую лигу чемпионата России среди женщин, стала появляться на соревнованиях…

Но в самой главной партии - против болезни - силы оказались не равны. 16 марта прошлого года Елены Таировой не стало.

На нашем сайте Елену вспоминают те, кто был с ней хорошо знаком.

Валентина Гунина:

Мы очень сильно дружили, я до сих пор вспоминаю её со слезами. Я считала, что Лена играла сильнее меня, и это при том, что она была младше почти на три года. А познакомились мы, когда Лене было семь лет, а мне – десять. Это был чемпионат мира в Оропесе - первый мой турнир. Я даже точно не помню, чемпионат - до 10 или до 8 лет. Уже тогда я запомнила ее как очень позитивную девочку.

Потом мы постоянно вместе жили на сборах, общались. А последний раз я с ней общалась достаточно близко в Дагомысе в 2009 году, во время матча Россия - Китай. Этот период я запомнила лучше всего. Помню, как мы смотрели вместе фильм – по-моему, он назывался «Ключ от всех дверей». Лена знала, что я обожаю ужастики. И говорит: «Пойдем посмотрим классный фильм». А сама при этом сидела и читала одним глазом электронную книжку, другим - поглядывала на экран монитора, чтобы мне было не так страшно. Хотя сама она ужастики не очень любила.

Увлекалась историей. У нее была очень хорошая память для женщины-шахматистки. Ольга Гиря, которая училась с ней вместе, рассказывала, что Лена помнила все даты. Мы часто обсуждали книги: я очень люблю Кинга - это тоже ужасы, а Лена обожала «Трех мушкетеров», она все время их перечитывала, в разных версиях.

Мне кажется, ошибкой было то, что Лена в 2009-м играла Высшую лигу, когда у нее уже было обострение. Играла она, кстати, совершенно блестяще, разнесла всех. Но, видимо, лучше было просто отдохнуть и подлечиться. Я думаю, что если бы она обратилась к нашему ректору, то ей организовали бы хоть какое-то лечение. Мы вместе лежали в больнице два раза, и она рассказывала, как лежала там полгода, как у нее не было денег на лекарства, а врачи говорили, что необходимые лекарства нужно покупать самим. Зная о своей болезни, она излучала оптимизм и мне всегда советовала: «Живи позитивнее!».


Ольга Гиря:

Мы были очень близкими подругами с Леной. Вместе играли, вместе жили в общежитии Училища Олимпийского резерва, и потом должны были вместе жить в общежитии РГСУ.

О ней можно сказать, что она очень надежный друг, очень добрая – просто жутко добрая. С ней было очень весело, Лена никогда не унывала. Всегда действовала, никогда не сидела на месте. При этом мыслила позитивно, всегда поддерживала в трудную минуту.

Почему-то в голову пришел смешной бытовой случай. У нас в комнате обычно был творческий беспорядок, а в общежитии время от времени бывают проверки чистоты и порядка. И однажды во время такой проверки мы заходим в комнату, а там очень резко пахнет какими-то ароматическими штучками – многие не выносят такой запах. Оказалось, что Лена зажгла специально, чтобы они побыстрее ушли. Обычно мы скрывали беспорядок. Если проверка, мы все вещи быстренько собирали – и в шкаф. А она зажгла ароматические палочки, чтобы проверяющие долго не продержались...


Баира Кованова:

Самый яркий момент в моей памяти – это когда Лена выиграла Высшую лигу. Это было в Орле, мы с ней давно не виделись, она пришла ко мне в гости, и мы долго, часа три или четыре разговаривали. Это было уже после ее выхода из больницы. Я расспрашивала, но она так и не сказала тогда, чем болела. Просто говорила: «Я так рада, что могу просто играть, и мне не надо уезжать в больницу!». Я спрашиваю: «То есть у тебя уже нормально?». Она отвечает: «Да, я уже выздоровела, и теперь буду играть, все будет хорошо». И она была такая жизнерадостная...

Я считаю, что она была самая талантливая девочка из всех. Конечно, никого не хочу обидеть, но она была безумно талантлива. Мне очень нравилось смотреть, как она играет. Никаких подстав, никаких «удача – неудача», а вот именно хорошая, позиционная игра. Мы с ней много на турнирах были, дружили, хотя она меня намного младше. Она была очень хорошая, очень добрая, искренняя, никогда никому не желала плохого, в ней была настоящая детская непосредственность.

Безумно жаль ее маму, потому что она вложила в нее всю свою жизнь.

Для российских шахмат, это, конечно, большая утрата. Столько нереализованного! Конечно, это всё вторичное - важнее, что просто хороший человек. Но в ней было столько таланта...


Анастасия Боднарук:

Мы дружили, вместе жили в московском Училище Олимпийского резерва. И занимались вместе. Кроме того, что Лена была чудесным, добрым, отзывчивым человеком, она была замечательной шахматисткой. Вернувшись после болезни, она сразу же выиграла Высшую лигу - это говорит о ее огромном таланте и сильнейших бойцовских качествах. Ушла она, можно сказать, на пике своей формы, что, является большой потерей и для шахмат, и для нас всех.


Вера Небольсина:

Мы очень близко дружили с Леной, начиная с 1999 года, с нашей совместной партии на чемпионате мира до 10 лет. Поединок получился очень длинным, закончился вничью. Помню, мы вышли из зала и обе плакали. Там был какой-то эндшпиль с разноцветными слонами, Лена имела две лишних пешки, но они блокировались. По-моему, она очень долго пыталась выиграть, несмотря на то, что окончание было ничейным.

А подружились мы уже после окончания турнира, в самолете, когда летели вместе в Москву. Там же вместе с нами была Катя Лагно. Мы разговорились, обменялись адресами, и так между нами завязалась переписка. Писали друг другу письма (обычные, не электронные), играли по переписке. Обменивались впечатлениями о жизни. Я переписывалась со многими подругами-шахматистками, но от Лены приходили самые толстые конверты. Она исписывала целые тетрадки! Так продолжалось довольно долго до того момента, как она переехала в Рязань, а там уже у нас компьютеры появились, и мы стали общаться еще чаще.

Потом учились вместе в УОРе (Училище Олимпийского резерва) вместе с Гирей, Савиной, Боднарук и Кашлинской. Но с Леной была самая старая, а значит, наиболее крепкая дружба.

У Лены всегда был очень упертый, твердый характер. Для меня она была примером сильного человека. У нее всегда была установка на борьбу.

Я знала о ее болезни довольно давно. Шел 2008-й год, вторая половина августа. Мы с папой летели на чемпионат мира в Нальчик и на несколько дней остановились в Москве у Лены с ее мамой. Вообще мы довольно часто гостили у них. Тогда же проходил Мемориал Таля, который мы с Леной посетили. Она рассказывала, что с начала августа решила всерьез готовиться к предстоявшей в ноябре Олимпиаде. «Я теперь бегаю каждый день, - говорила она. – Это тяжело, но необходимо улучшить физическую форму перед таким важным турниром». А в один из дней она при мне упала в обморок. Ее отвезли в больницу. И тогда же я узнала, что одно ее легкое полностью, а другое наполовину заполнены водой. В больнице она провела довольно длительное время, а когда выписалась, была очень счастлива. И именно на той радости, на той энергии (шахматной подготовки ведь особой не было) выиграла Высшую лигу. После пережитого у нее отсутствовали те обычные турнирные волнения, которые испытывают рядовые шахматисты.

В августе следующего года она планировала поступать в РГСУ, и нужно было пройти медицинское обследование. Выяснилось, что со здоровьем снова возникли осложнения. Но, возможно, о том, что в реальности происходило, по-настоящему знала только ее мама. Лену снова положили в больницу – «для профилактики», как она тогда сказала. И до декабря жизнь ее делилась на периоды: две недели в больнице, две недели – дома. В декабре ее выписали.

До последних дней Лена была твердо уверена в том, что впереди у нее долгие годы выступлений в турнирах. Она собиралась ехать на чемпионат Европы в Риеку, в марте 2010-го. Сообщила мне номер своего рейса, на который я тоже купила билет. Звонить ей не стала – думала, мы же все равно скоро встретимся и поговорим, - а только написала.

В самолете ее не оказалось. А после чемпионата Европы мы узнали, что Лена умерла…


Летом 2007-го в Нижнем Новгороде проходил матч Россия - Китай. Это было вскоре после того, как китайская женская сборная на чемпионате мира разгромила российскую 4-0, и тогда возник полумиф о том, что китаянки настолько далеко ушли вперед, что в ближайшие годы с ними будет невозможно бороться. Таирова считала иначе. Одной из блестящих в ее исполнении стала партия против Хуан Цянь. Сразу по окончании поединка Елена вместе со своим тренером Владимиром Беловым прокомментировала сражение. Записал комментарии Илья Одесский.

1.d4 d5 2.Nf3 Nf6 3.c4 c6 4.Nc3 e6 5.Bg5 h6 6.B:f6 Q:f6 7.cd.

Елена Таирова. Тут я поняла, что она не знает теории. Играть надо 7.е3. А если это был какой-то замысел, то слишком хитрый, китайский. 

Владимир Белов. Я внесу уточнение. Для китаянки неожиданностью стало, что Лена сыграла 5…h6. Связываться с 6.Bh4 без подготовки довольно опасно – гамбит как-никак, поэтому Хуан Цянь решила в первую очередь себя обезопасить. Сыграть что-то максимально надежное. А что может быть надежнее карлсбадской пешечной структуры? Отсюда и ход 7.cd.

7…ed 8.e3 Bd6 9.Bd3 Bg4.

Е.Т. Моя идея – поменяться в ответ на 10.h3: 10…B:f3 11.Q:f3 Q:f3 12.gf, и играть этот эндшпиль. Все-таки пешечная структура у белых похуже. А у меня, соответственно, получше.

В.Б. Ох, не уверен я насчет «получше». Может, все-таки не стоит так за здорово живешь расставаться с двумя слонами? Почему на 10.h3 просто не увести слона на h5?

Е.Т. Нет, я бы била на f3.

10.Qb3?!

10...B:f3!

Е.Т. Соперница решила отойти от идеи максимальной надежности и предложила мне конкретную игру. У черных три хода: 10...B:f3 – это самое принципиальное, затем 10…b6 – так-сяк, и еще простой ход 10…Qe7 - крепкий, надежный, но все-таки ход назад. А мне хотелось играть активно. Думаю, что интуитивно я приняла верное решение. А посчитать все до конца невозможно. Я, главное, увидела заключительный ход – 14…c5! Поняла, что будет колоссальная компенсация за материал.

11.Q:b7 B:g2 12.Rg1 Bf3 13.Q:a8 0–0.

Е.Т. Первоначально у меня была идея съесть на h2, и потом провести в ферзи свою пешку h. Два слона ее неплохо поддерживают. Но король в центре – это очень опасно. Я прикинула какой-то примитивный вариант: 13…B:h2 14. Rf1 h5 15.a4 h4 16.a5 h3 17.a6 – видно, что черные ничего не достигают. Тем более с конем на b8. А после 14…c5 он быстро входит в игру. Ясно, что играть надо именно так.

14.Q:a7.

14…c5!

Е.Т. Тут китаянка растерялась. У нас оставалось где-то минут по 50, так она продумала 30 и сделала какой-то совсем неудачный ход. Пешку надо было забирать: 15.dc. Хотя у черных простая игра: Nb8-c6, затем бью на h2.

В.Б. Эту позицию белым играть куда сложнее, чем черным. За материал тут не спрячешься.

15.Kd2?

Е.Т. Я даже не особо поняла, с какой идеей белые так подставились. Просто делаю свои ходы.

15...Nc6 16.Qd7 B:h2 17.Bb5?

Е.Т. Ей надо было уползать в эндшпиль без пешки: 17.Qf5 Q:f5 18.B:f5 B:g1 19.R:g1 cd 20.edN:d4. (смеясь) В женских шахматах трудно утверждать наверняка, что этот эндшпиль выигран.

А она еще немного подумала и решила ферзей на доске сохранить. Я не возражала.

17...N:d4!

Е.Т. Здесь уже рукой просится сделать этот ход. Немного посчитав, я поняла, что рука не обманывает.

18.Rge1.

Е.Т. Забирать коня очень опасно. Бью ферзем с шахом, затем на f2, на g1… тут даже считать ничего не надо. Все ходы напрашивающиеся.

18…N:b5 19.Q:b5 Rb8 20.Q:c5.

В.Б. Здесь последовало два подряд очень жестких решения.

Е.Т. А на b2 никуда не убежит.

20…Bd6! 21.Qd4.

Е.Т. Последний шанс – 21.Qa5 R:b2+ 22.Kc1, и здесь мне предстояло найти 22…Bb4! Могла не найти, побила бы пешку на f2, и кто знает…

В.Б. Дошла бы до этой позиции – нашла бы.

21...Be5! 22.N:d5 B:d5 23.Q:d5.

Е.Т. И здесь я просто растерялась. Столько возможностей! Хотелось еще поприжать. Мат поставить или хотя бы с лишней фигурой поиграть.

23…R:b2+ 24.Kd3 Qa6+.

В.Б. К мату вело и 24…Qg6+, и 24…Qf5+. Белым все равно пришлось бы откупаться ферзем.

Е.Т. А я видела свой выигрыш.

25.Ke4 Rb4+ 26.Kf3 B:a1 27.Qd8+ Kh7 28.R:a1 Qc6+ 29.Ke2 Rb2+. Белые сдались.

В.Б. Да… (выдохнув) хорошая партия. Энергичная.

Е.Т. Нормальная. А то мы уже создали себе образ «китаянок-монстров». Отсюда и психологические проблемы.

И.О. Что за слово «мы»? Ты-то сама создала себе такой образ?

Е.Т. Я – нет. Сегодня выиграла, и в первых двух турах стояла на победу.

И.О. Значит, с ними можно играть?

Е.Т. Нужно. И не играть, а обыгрывать.


  


Смотрите также...